Самазванец. Первые главы

Что же до наук, то в них Фёдор не силён был, еле грамоте обучился. Иван Грозный сильно переживал. По началу даже в своей знаменитой библиотеке, что в подвалах Кремля, запирал царевича вместе с учителями, заставлял изучать «Жизнь двенадцати цезарей» Светония, «Историю» Тита Ливия. Но всё бесполезно. А скольких учителей казнил за то, что не смогли привить царевичу жажду к знаниям!

«А что прививать, если умом не вышел? Звонарь он и есть звонарь», — смеялись бояре. Но смеялись тихонько, между собой. Не дай Бог царь услышит.

Последняя надежда оставалась у Ивана Грозного — может, Бог даст, поумнеет сын, женившись на достойной и разумной боярышне. И такая быстро нашлась — Ирина Годунова. Однако надежды царя не оправдались. Как был Фёдор чудной и недалёкий, таким и остался. Но царь не печалился, ведь старший сын Иван весь в него пошёл. Отец не раз с гордостью говорил, что надёжный государь из старшего царевича получится. Да только не уберёг сына.

Мария не сомневалась, что теперь, когда не стало Ивана, её сын Дмитрий унаследует трон. Никудышный Фёдор не представлял для неё опасности. И все пересуды недоброжелателей о том, что её сын незаконнорождённый, потому что от седьмого брака, она пропускала мимо ушей. Пока был жив Иван Грозный, никто не смел даже говорить о незаконности их брака.

Марии казалось, что её позиция при дворе тверда и незыблема. Пусть царь охладел к ней, пусть предаётся утехам с беспутными девицами, ей всё равно. Она — мать наследника! И этого достаточно, чтобы её уважали и почитали как царицу.

Отец и братья не разделяли её уверенности, всё твердили и твердили: «Верни любовь государя». Но Мария не желала ничего менять. Не люб ей был муж, даже противен. Самое главное она уже сделал — родила царю сына. В своей самоуверенности она и не заметила, как тучи над её головой стали сгущаться. И вскоре грянул гром…

До неё дошёл слух, что царь отправил посольство к английской королеве Елизавете, надеясь заполучить руку и сердце её племянницы Марии Гастингс. Нагая прослышала и о письме, где Иван Грозный заверял Елизавету, что, дескать, взял себе в жёны боярскую дочь, не ровню себе, что нужна ему девица королевских кровей и нынешний брак — не препятствие, и если всё сложится благополучно и невеста понравится ему, то нынешняя жена будет пострижена в монахини.

Мария Нагая не верила своим ушам. Её, мать наследника, могут постричь в монахини! Как это возможно?! Такого ещё никогда не было! Что станет с Дмитрием?

Мария успокаивала себя тем, что это всего лишь слухи, а если даже и нет, то Елизавета не захочет отдать племянницу пятидесятичетырёхлетнему старику, который уже еле ходит. Опасения стали реальностью, когда Мария узнала, что царь выписал лучших иноземных врачей, что его палаты наводнили разного рода знахари и ведуны. И уж сомнения рассеялись окончательно, когда приехал посол из Англии и привёз портрет невесты.

К счастью Марии, переговоры ни к чему не привели. Посол был явно настроен против этого брака и, скорее всего, действовал так с подачи самой Елизаветы. Он с великим прискорбием сообщил, что племянница Елизаветы больна неизлечимой болезнью и что она не согласится поменять католическую веру на православную. Однако добавил, во избежание ссоры с царём, что у английской королевы есть и другие племянницы и если царь Иван Васильевич пожелает, то он, посол, лично примет горячее участие в выборе новой невесты.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36